-Барьер Саша Барьер!- воскликнул усатый пузач.
-Какой нахуй барьер?! Иван Петрович- ответил низенький блондин
-Обычный барьер Сашенька.
-Где вы увидили барьер?- спросил с раздрожением блондин.
-Вот же! Дебил! Разуй глаза ты уже наконец!- надрываясь произнес Иван петрович.
Их голоса эхом отдавались по полу, а где же они находились?
-Вот смотрите нету тут никакого барьера- Саша прошелся туда-сюда по плоскости на которой они стояли.
-Саша, еб твою мать не шути так. Я же боюсь!
-Вы боитесь? Правда? Неможет быть такого, я неверю. Вы даже неструсили когда увидили демонического дракона.
Петрович странно посмотрел на Сашу. После этого на лбу Петровича проступил холодный пот. Он вспомнил тот день: обычный рабочий день разделивший его жизнь на до и после, до этого дня он жил спокойной жизнью шахтера, но после ему пришлось бросить все и начать скитатся по Земле. Ведь дракон убил всех кроме него. Тогда его заподозрили в сговоре с темными силами. "Да что может понимать этот мальчишка?", "И в правду что он может понимать?". И в эту самую секунду Петровича как будто ударило током. Все его тело наполнилось злобой к Сашеньке. Хахахахахах нервно рассмеялся Петрович. Злоба переполняла его. Но он выдохнул и спокойно сказал: "мы уже за барьером"

Они оказались в здании циклопических размеров, даже не было видно стен, а рисунки на полу были на столько большой, что нельзя было понять о чем эти рисунки и насколько они огромны, неговоря уже о содержании. Звук шагов разносился по всему зданию. В памяти путников появилось что-то необъяснимое но в тоже время понятное, улегшееся словно в мякгую кровать, оно зевнуло и заснуло беспробудным сном.
Саша и Иван Петрович ощутили тревогу, необъяснимую тревогу, как-будто что-то подстерегает их в этом сооружении.
-Где мы?- спросил Саша.
- Я-я Не-незнаю- Дрожащим голосом ответил Петрович.
Постояв чуть-чуть они решили идти к стене а потом к выходу. Так они и сделали.
-Где мы?- раздолось эхом спустя продолжительное время...
Но ни кто не ответил. Вопрос лишь потревожил месиво из внутренностей, кожи, мяса и костей раздавленных монументализмом сооружения и необъятностью смыслов и форм напольного и потолочного рисунка и наверное настенных; звуковая волна перевернула глаза Саши, они увидили синеющий в дали потолок с такими же огромными рисунками как на полу.

К звездам.

Рано утром. Перед росветом когда все нежатся в кроватях и нехотят вставать потому-то "пиздос на работу". И только только открываются самые ранние магазины, раздался рев. Небо озарило яркое свечение, поднялся столб выбросов.
-Вот инженеры недоделанные! Вчера барьер а сеголдня к звездам?! Дебилы.- прохрипела старая бабушка в платочке, знавшая пропавших без вести вчера и улетевших сегодня.
- Сашенька и Петенька два дебила... Поза вчера как начали бухать так их весь район лавил: Петька голову Товарищу ленину снес да еще бы просто снес да остановился но нет они насрали туда и обратно херзнает как поставили. Воняет - пиздец. Но это еще не все: потом они решили революцию устроить взяли значит из магазина несколько ящиков водки я точно не знаю, и начали делать коктели Молотова. Ну и что ты думаешь? Доигрались ребятишки, детский дом рядом с могазином который сожгли! Да. Не Выродки ли? Конечно выродки. Но это не все, слушай дальше. Ну и дальше ими заинтересовался Михаил Иванович учасковй наш, ну я думаю ты его знаешь? Что? Нет? Ну такой на карлосона похож. Слуша дальше. Он их начал разыскивать, нашел, а они в канализацию залезли. И что ты думаешь? Участковый же не полезет туда в дерьмо, так он позвал мужиков на которых дела весели и пообещал, что снимит подозрения с них. Ну они и полезли туда. А там! Я и сама не верю. Предстовляешь крысы с человека! Ну мужики испугались повылазили все и говорят мол так и так одного загрызли дай чтоб отбиватся от них. А Карлосон знаешь что сказал? Он сказал ну рас уж там такие крысы то они точно сдохли, и отпустил мужиков. Ну он подумал они того ан нет выжили он, и вот хер знает как хер знает от куда толи построили толи нашли целую ракету!!! И вот они летят на ней...
Тем временем в ракете пъяные Петенька и Сашенька испытали нагрузки космонавтов. Дыхание было перекрыто из-за давления воздуха вызванным перегрузкой поэтому они упали в обморок и непочувствовали сломанные ребра, пока что. Вот они уже на орбите. Пролители МКС. Им посчасливилось сделать так называемый "космический маневр", принцип довольно прост вы на ракете кружитесь по орбите набирая достаточную скорость что бы вырваться, потом к другой и так далее. Они развили достаточно быструю скорость и уже пролители пояс астеройдов и приближались к Юпитеру.
Первым проснулся Петенька и сразу же почувствовал неимоверную боль от трех или четырех сломынх ребер, он закричал. Из-за крика встал Саша хотел спросить, что случилось но при вдохе тоже почувствовал боль и несмог стерпеть, закричал. Так они прокричали от боли примерно 20 минут. Потом они нашли в кабине бинты, перемотали ими грудь. Вроде бы стало полегче, через боль они смогли говорить.
Первым делом они начали искать, чем же опохмелится, искали искали да так и не нашли, но много нового узнали они:" оакзывается эта ракета построенна культом Ленина в СССР где-то в 30-х годах. Участники культа хотели отправится на этой ракете вместе с трупом Ленна на поиски внезимных цивилизаций с мисией воскресить Вождя пролитариата свергнуть власть Сталина, построить построить истинный комунизм на всей планете ... Но реальность оказалась куда печальней, их схватили при попытке выкрасть тело вождя из мавзолея..."
-ааа ну неужели эти некрофилы не додумались оставить хотябы водички- Сказал Саша оглядываясь на многочисленные портреты Ильича.
-Больше не будем пить столько водяры, я ниче не помню.- Лежа на полу сказал Петька. Он глянул в иллюминатор и встал от удивления- Слыш подойди сюда! Смотри! Смотри! Это... Это... Что?..
В иллюминаторе им открылась прекраснейшая картина: газовый гигант Юпитер. Они пролитали так близко, что могли расмотреть завихрения, ураганы и изменения окраски планеты.
-Мы что в космосе?- Спросил Александр.
-Нет, вы точно не в космосе.- Заехидничал странного вида индеец.
Саша с Петькой оглянулись друг на друга в их глазах было много вопросов но один занимал так много места что начал сочиться и вытек у обоих скупой мужской слезинкой. Индеец пристально наблюдал. То что он увидел потом не сильно шокировало его, наоборот даже немножко позабавило. Они со страху открыли люк ракеты, что привело к разгерметизации. Их выбросило в открытый космос.

Они очнулись на мягких креслах, вокруг столпились Гагарины с сумками и длинными волосами, их реч напоминала смесь русского и каких-то отхаркивания и покашливания. Неуспев придти в себя, путникам протянула рука индейца два маленьких чипа. В ростерянности они приняли дары.
-Вот возьмите, без этого вам тут не выжить. Это чипы для выхода в интернет и универсальный переводчик.- сказал индеец почесывая через дыру в животе органы.
-И что нам делать с чипами? Ты кто? А почему тут так много Гагариных?-Спросил один из парней, и посмотрел на трехпалую руку индейца покрытую бугорками с неестественно длинным большим пальцем, затем взглянул в полность черные глаза.
-Незадовайте глупые вопросоы. Чипы достаточно проглатить.- сказал индеец и исчез .
Тутже Гагарины зашумели, заговорили, зашевелились взяли молодых людей под руку и бысто повели по широким коридорам из камня к двери с табличкой на которой говорится о входе в зону для гуманойдов.

Они совершенно голые оказались перед дверью в неизведанное. Как и все люди они боялись неизведанного, но неизведанное пленило, притягивало и очаровывало. Полные решимости заглянуть в неизвестное, и узнать почему Гагарин жив и его так много они под гортанные перемычки, различные носовые звуки , присвистывания, щипения, болгарские "ъ", перешоптывания, танцы и песни легкой поступью, наступью и заступью открыли, распахнули, выбили настеж дверь и... и...


Цветущий папоротник.

Двое молодых людей, мужчина и женщина, появились за придорожным магазином. Они были раскаленны, до еле-еле заметного свечения. Первым делом женщина осмотрелась, взяла под руку мужчину и повела быстрым шагом к дороге. У дороги они увидили прерывистую разметку, подбежали, встали на колени и начали молитву.
Прошло три минуты. От молитвы, богу межпространства, пару отвлекла фура.
-Эй вы чего там расселись? Вас довести? Да? Ну тогда в машину!- Водитель открыл дверь.
Пара поднилась с колен и направилась к фуре. Они приближались, водителю становилось душно. Наконец-то они открыли дверь, водителя обжало нагретым воздухом. Они присели, сиденья зашипели, начали плавится.
-фух жарковато что-то стало... я открою окна- он открыл окна- так куда едем?
Пара переглянулась и сказала, что направляется в Омск, водитель обрадовался услышав это, ведь ему туда же. Они ехали молча. Все попытки начать разговор разбивались об равнодушие и холодность пары
Так продолжилось три дня и три ночи без сна. На утро четвертого дня водитель обратился к пассажирам с просьбой покинуть транспорт, на отказ реакция была незамедлительная: он начал орать, что они демоны и должны покинуть иего цытадель немедленно, затем он достал обоюдо острый меч и снес себе голову. Голова превратилась в страуса и побежала дальше выкрикивая матерные слова. Тело без лишних слов продолжило упровлять транспортным средством. Так прошло еще три дня.
Вот пара прибыла к месту назначения. Они сошли на остановке, люди увидевшие обезглавленное тело на месте водителя, не придлаи этому значения и продолжили ждать автобус.
-Мам Мам что это с дяденькой?- указывая на обезглавленное тело, девочка спросила маму.
-Тише ты! Это нас не касается. стой спокойно.
Фуру догнал страус, открыл дверь сел на тело и превратился обратно в голову. Новая голова увидела крайне удивленные лица стоящих на остановке, в недоумении огляделась во круг, неувидела ничего удевительного, поблагодорила бывших пассажиров и уехала.
Было семь утра. Сказать, сто погода стояла ужасная ничего не сказать. На улице стоял мороз минус двадцать три, снега было много, также много как, и грязи и именно из-за этой грязи снег приобретал серый коричневый и черный цвет. В некоторых местах серый коричневый и черный смешивались по принципу rgb после чего рождались неповторимые оттенки цвета. Небо заволокли серые тучи, но они не смогли полностью закрыть землю от утреннего слонца и кое-где пробивались желтеющие лучики.
Они спросили где находится магазин для садоводов, прохожий вежливо и с интузиазмом рассказал им куда над идти. Тогда он неподозревал, что наделал.
- Здравствуйте - Сказала женщина.
-Здравствуйте - Механически ответила продавщица и повернулась. Она увидела помятых и соных людей с еле-еле пробивающимися волосами. "наркоманы" увидев еле заметную дрожь в ногах мужчины подумала она.- Что хотели?- С враждебным настроем добавила кассирша.
-Намбы купить семена папоротника семицветного.
После этих слов продавщица окончательно убедилась в своем предположении. Если раньше она с горечью проважала таких клиентов, то сейчас у неё есть кое к-кто к кому она могла послать таких личностей,и продолжить даживать серую жизнь Омской продавщицы. Жизнь эта была как у всех девушек её возраста, а было ей тридцать четыре, незамужем с одним ребенком одинадцати лет. Отец ушел из семьи, и она ростит сына одна на протяжении девяти лет. Ей пришлось пойти на такую работу... Но это не особо ваолновало её, единственное, что волновало её было воспитание сына: она нерасказывала ничего об отце в надежде, что её сынок не вырастит таким же как муж, она также старалась всячески занять свободное время сына, отдовала его в различные кружки и секции, постоянно следила за выполнением домашнего задания. Но несмотря на все усилия она все равно видела в нем своего мужа, и поэтому в глубине души ненавидела его. И имено в после осознания этого факта она стала замечать много странных личностей заглядывающих в этот магазинчик. Однажды в магазинчик зашла очень большая компания компания молодых людей настолько большая,что не все поместились и часть осталась на улице, она шумела, пела, материлась и долго немогла решится, что купить как вдруг выступил вперед один из компании, он имел странный вид, широкие бедра и широкие плечи, выступающий мощный подбородок и неединого волоса на лице, и женоподобным голосом попросил литр пива, второй, еще более странный с синим хохолком развивающимся даже в помещении, попросил половину кружки, третий четверть, и так далее. После заказа последнего она поставила два литра пива толпа расплатилась и скрылась за горизонт.
-Извините, что лезу не в свое дело, но мне кажется стоит обезапасить себя от такого сброда? Вам так не кажется? Вот и хорошо, нате он со всем разберется- мужчина лет шестидесяти в выцветшем советском костюме протянул визитку некого кун-куна.
Продавщица взяла её, повертела в руках. После окончания смены она позвонила по номеру находившемся на визитке. Так она договорилась с каким-то дедом. Теперь все странные посетители отправлялись к нему, и эта участь не обошла и нашу пару.
Они вышли, женщина повернулась спиной а мужчина шел задом, приговаривая что-то. Теперь их путь лежал на окраину города, где распологались одноэтажные частные дома. Пройдя множество улиц, увидев множество лиц, услышав множество случайных разговоров, стоптав все ноги. Две пары ног оказались на нужной улице. На улице было лето: солнце светило чересчур ярко из-за этого приходилось щуриться или прибегать к другим ухщрениям, на деревьях красовалась кислотно зеленая листва, а яблоки, вишня, черешня и тюльпаны были до такой степени красные, что при долгом созерцании начинали болеть глаза . Нужный дом находился в отдалении от самого последнего дома. Обособленно. Можно было подумать, что в этом доме никто не живет. Вокруг все было в зарослях, одеревеневшего буръяна, заслоняющего окна. Сам дом был до революционной постройки с вкраплениями нового кирпича, старый ,видимо, был поврежден во время войн, пластиковами окнами, заплесневевшей шиферной крышей. Двое пар ног смогли пробраться в дом по найденной узкой тропинке.
Дверь была не заперта. Но уже там пару ног должно было смутить отсутствие обуви, этого не произошло. Дверь открылась со скрипом, и большим трудом, из дома запахло страчискими миазмами. Воздух был сперт. Пришельцы поймали укоризненый взгляд.
-Прохадите... я вас ждал- послышался глухой, немощный, страческий голос.
Гости прошли в дом под чутким наблюдением старика. Он показал на кресла рядом с ним. Они сели и начали пристально смотреть на старика (обычные люди бы обратили на необычный наряд старика внимание), хотели было повторить вопрос, заданный в магазине, но дед тут же резво вскочил, извинился за неподобающий вид и пошел передеваться в соседнюю комнату. В это время гости с интересом разглядывали убранство дома: в маленьком коридорчике висели две кожаные куртки а под ними стояли сильно изношенные сапоги времен первой мировой, на соседнем крючке висел парик с торчащими золотистыми волосами, на следующем крючке висел спортивный костюм с желтыми линиями под ним стояли кросовки с желтой пожошвой, помимо этого на нижних полках валялся всякий хлам; комната в которой они сидели был очень большой просторной, света было мало, весь свет который был исходил из телевизора ,показывающем очередную серию Ван Писа(соломенная шляпа опять с кем-то дралась), впрочем этого света было достаточно, что бы разглядеть коллекционные аниме фигурки стоящие в стиллаже и обклеиные аниме постерами и персанажами ,иногда частично а иногда и полностью оголенными, женского пола стены, также этого света хватало чтобы увидеть несколько дакимакур аккуратно сложенных в углу, грязный липкий непойми в чем испачканый советский ковер ,вешавшийся в то время на стены. Наконец дед переодел костюм горничных Рем или Рам, оголявший ,нанесенные на кожу, татуировки гусарских эполетов и несколько куполов, и надел свою гордость: мундир со всеми зслуженными в честном бою орденами и наградами. Ветеран сел обратно в кресло и начал свой рассказ: о том где родился, как попал в возрасте 14 лет на первую мировую, как потерал отца, как женился, как родились дети и как он их любил, также он росказал как пошел на вторую мировую воевать за советскую власть, как потерял отца и семью, также рассказал о ГУЛАГе, о развале ссср и моного чего еще. Гости терпеливо слушали. Голос старика охрип когда, рассказ закончился. Гости повторили свой вопрос. Еле слышным шипением старик указал путь. Они отправились в дорогу

***

Предрасветное время было мрачным, ожидающим прихода всесогревающего солнца. Последние минуты без солнца: все затихло, притаилось в ожидании первых лучей. Все обратилось на восток. Даже непоседливая собаченка, которая при виде людей сразу бежит играть с ними,с ожиданием чего то направила серые глазки на восток. Даже ворон решил пронаблюдать за сегоднешним восходом, обычно он этого не делает, но сегодня что то заставило его. Даже ветер затих, не шевеля ветви деревьев. Все, все, все! Свершилось! Показались первые лучи...

Ярко красные языки потихоньку пробивались через густые облака, казалось облака хотят непустить солнце дальше, что бы день никогда не начался. Но солнце было не остановить оно неумолимо двигалось вперед, разливая яркую краску по земле. Алый залил всё, начиная от деревьев и заканчивая теми местами куда обычно не дотягиваются лучи. Собака испугалась, побежала прочь но ей преграждал путь высокий забор, который она, увы, не могла перепрыгнуть. Больше повезло ворону: он почуя надвигающуюся опасность пустился лететь на запад, куда лучи красного солнца прибегут уже уставшими и изменятся в цвете. Солнце вышло наполовину. Еще было непонятно сохранит ли оно свой цвет или преобретет обычный ярко желтый оттенок.

Собака уже смерилась, с чем то страшно неизвестным, с тем что пренесет грядущий день. Ворон продолжал лететь.

Солнце поднялось над горизонтом. Оно было похоже на красного гиганта вот вот готового взорваться. Раскаленные лучи заполнили все пространство подобно тому как тьма заполняет закрытое ромещение, и настала красная ночь. Вязкий алый тёк, заполнял собой всё до чего дотягивался. Он покрыл ворона и собока и, сладким сиропом, проник в их тела. Они начали задыхаться... Тут произошло невиданное. "Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас" Все стало как обычно. Алый исчез, солнце вернуло цвет, страх и тревога ушли, ворон и собака вернулись к привычным вещям.

Был еще кое-кто, заметивший это удивительное явлние. Эти кем-то был я.


Объявили войну на следующий день после выпускного. Ничего, вот вернусь и возьму в жоны Катю, я обещал. Война быстро закончится. Егорка, мой школьный друг, нашел эту странную пишушюю машинку и отдал мне. Теперь я буду в нее все записывать.
22 июня

Сегдня в первы раз я убил человека. Раньше я думал, что бы убить надо приложить огромные усилия. Я ошибался. Мне выдали винтовку со штыком, Егору тоже, мы попали в один батальон. Немец уже подошел к нашему городу. У меня тряслись руки. Он бежал на меня. Я понимал замешкаюсь - убъет. Я был первый. Один шаг. Одно движение. Упало тело. Я так сильно воткнул ружъе, что не сразу смог его вытащить.
5 августа



В горле стоял ком. Жара. "Вот я и мру" пронеслась в голове мысль и врезалсь в память. Я помню только ее. Больше ничего не помню, один только миг. Мы окруженны. Выхода нет. Я умер... Неожиданно для себя я очнулся в месте под названием "пространство N1" - это пустынная местнось, кое-где растет бледная трава. В дали, очень далеко, виднеюся колоссальные по своим размерам пирамиды, отделанные белым золотом. Ком в горле исчез. Я вообще неуверен есть ли у меня горло. А шея? Тело? Сколько я не вертелся разглядеть тело я не смог, но я установил, что мое "тело" ,если это можно так назвать, может крутится в любой плоскости по кругу. Я попытался сделать шаг - началось движение, шагов я не чувствовал - лишь плавное скольжение. Навстречу мне подул ветер. Я его не почувствовал. Увидил как закручивается песок. После того как я научился передвигаться моей целью стали пирамиды. Я направился к ним. Новое тело совсем не устовало от передвижения и двигалось оно с постоянной скоростью. Немогу сказать какой именно так как вокруг все было недвижимо.

В таком темпе я летел, кстати за мной не было следов, примерно три дня. Мне кажется пирамиды ни на йоту не приблизились. Но я все равно продолжу движение.

Прошло еще три дня. Странно но тут нет никаой живностьи. Даже ночью. Наверное днем тут жарко. Да температуру я не чувствую. Наверное я её вижу... не знаю как это объяснить, но я могу различить температуру, хотя не знаю как. Пирамиды стали приближаться.Спустя еще три дня я долетел до них.

Вблизи они воистину огромны. Настолько огромны, что грань невмещяется в поле зрения. Белое золото было отшлифовано до такой степени, что аж было видно отражение.

Я подлетел к входу. Он был украшен драгоценными камнями: изумрудами, алмазами, сапфирами, опалами, топазами, кварцем. Все это великолепие было выложенно в причудливые рисунки. По видимому были изображенны моменты постройки этой пирамиды. Гиганты в четыре человеческих роста тащут огромные блоки, люди делают ступени, по которым поднимаюся далее гиганты. Поднимаются они к висящей в воздухе верхушке пирамиды (меня тоже смутило это). Последний этаж пирамиды соприкаснулся с верхушкой и белое золото растеклось в низ. Под потоками золота , если верить мозайке, были погремены все стоители, гиганты и люди. Дальше идет надпись на непонятном мне языке, похож на арабский с китайскими иероглифами. После надписи прилетели ангелы, у каждого четыре руки и рога, выложенны они были изумрудами а одеяния напоминали греческие. Сначала они сделали этот вход а затем начали врезаться глубже в пирамиду. Последний рисунок предстовляет собой подробное изображение этого же входа. Дверь была монолитной из камня без каких либо украшений. Я долго немог понять как попасть в пирамиду. Дунул ветер. И дверь которая казалась неимоверно тяжолой закружилась вокруг своей оси как юла. Я был шокирован. Но все же успел проскользнуть внутрь.

Внутри было прохладно, светил мягкий свет. Он отражался от огромных куч золота разной формы от крошечных монеток до огромных статуй, просто лежащих на полу. Я подумал, что это просто хранилище золота. В этот же момент я услышал грохот а затем чей то голос. Я был счастлив. Моей радости небыло предела. Наконец то кто то живой! .Я бастро подлетел туда где говорили. Перед мной предстал юноша с алебардой в руке. Он был один. Он подскользнулся и упал. Я решил проследить за ним. Странно но его не интересовало золото. Юноша куда-то направлялся, кажется он знает куда идет. На своем пути он несколько раз делал остоновки, и ложился спать. Теперь я понял, что все это время моя скорось была достаточно высокой. Этот юноша молчалив. Ни единого слова. Хотя если бы он разговаривал сам с собой это было б тоже странно.

Мы приблизились к проходу на второй уровень. Его лицо впервые изобразило, что-то одналенное напоминающее радость. Его ноги были стерты в кровь от постоянной ходьбы по золоту. Проход предстовлял собой колодец. Территория вокруг колодца была свободна от золота. Юноша начал спускаться по веревке привязанной к трубе выходящей из колодца. Я полетел за ним. Мы спускались, юноша держал алебарду под мышкой, вскоре устал и просто отпустил её, звука падения не последовало. Я был уверен, что мы спускаемся, но тем не менее мы как-то поднялись на уровень выше. Алебарда лежала рядом с точно такм же колодцем.

В этот раз мы оказались на дропинке между полями. Они были засеяны пшеницей и неизвестным мне растением. В начале юноша расстерялся, он явно ожидал чего-то другого. Теперь мы двигались не так уверенно как на первом этаже. Тут постояно слышатся голоса людей. Как будто они постоянно убегают. Но они все же затихаю в короткий помежуток. Во время заката. Удивительно, но тут есть солце! И идут дожди. Естественно я не мог понять язык голосов. А вот юноша, по видимому, все прекрасно понимал, поэтому он забил себе уши грязью. Теперь его лицо стало спокойным. Мы продолжили блуждать по полям. Через несколько дней нашелся колодец. Я почувствовал облегчение, наверное я бы улыбался, если бы было тело. Глаза у юноши округлисиь, колени начали подкашиваться, взгляд заметался. С другой стороны к нам подходило существо на страусиных ногах, длиннющей грудно клеткой (наверное там было 64 ребра) которую охватывали щупальцы осьминога, выходившие откуда-то из-за спины, руки были людские с вторым большим пальцем (распологавшимся рядом с мизинцем) на каждой, и все это великолепие украшала голова морского льва с щеняче милыми черными глазками. В руке у монстра был окровавленный меч. Шаг за шагом чудище подходило. Вот оно поравнялось с колодцем. Вот теперь стоит в трех шагах от юноши. С такого расстояния я ощутил вонь исходившую от пришельца. Дыхание юноши участилось. Бежать или драться? Нет. Отступать нельзя. Алебарда сжалась в руке.

Два взмаха. Громкий щелчек. Пронзительный визг. Тяжелое дыхание. Взаимная ненависть. Юноша оперся на алебарду. Чудовище схватилось за отрезанную щюпальцу. Затем оно развернулось и спокойным шагом ушло обратно. Когда монстр скрылся, юноша упал на землю и скорчился от боли. Он был бледный. Когда боль утихла мы отправились на следующий этаж. Для этого мы снова залезли в колодец. Начали спускаться в низ. Опустились на первый этаж. Было видно боль и растерянность юноши. Он уже готов был пойти обратно. Но решил сново подняться. В этот раз мы поднялись быстрее чем спустились. Алебарда была в качестве лангеты. Он привязал ее к ноге. Теперь ему было сложно подниматься.

На следующем этаже нас ждала нескончаемая лестница. Она шла в верх квадратной спиралью. Ступени варьировались от совсем маленьких до полуметра. Иногда мы выходили на плато. Все это время юноша боролся с болью. Эта лестница была нескончаемой. Все шла и шла в верх. И мы тоже шли и шли к вершине. Иногда мы остонавливались на очень большой промежуток времени. Затем продолжали путь. На стенах начали появлятся рисунки, мазайки, барельефы и горельефы изоброжающие ангелов с четырмя руками и рогами которые были изображены при входе сюда. Все эти предметы изоброзительного исскуства показывали до отвращения обыденную жизнь этих замысловатых существ: походы в туалет со всеми подробностями, сношение, рождение детей, первый полет, первые рога и дальше чистка перьев, смена рогов, учеба, встречи с друзьями, полеты по небу, драки, споры, походы в магазин и много много другого. И не одной сцены смерти. Каждый образ дублировался в рисунке, мозайке, барельефе и горельефе, но предыдущий, чуть чуть отличался от следующего какой-то малозометной деталью или малозометным штришком. Мой спутник не обращял на это никакого внимания. Потом и я перестал.

Спустя неопределенно большой промежуток времени мы дошли до ЭТОГО. ЭТО было в форме огромного светящегося додекаэдра. Даже для меня он казался нереальным, как будто из другого мира. Он просто стоял и светился теплым светлым светом. И больше ничего. Я оглянулся по сторонам. Я ужаснулся. Вместо обыденных рисунков, мозаик барельефов и горельефов с странными ангелоподобными существами, со стен взирали страшнейшие чудищя, убивающие себе подобных, едящие себе подобных, сжигающих в пламени себе подобных. Изоброжения геноцида окутывало додекаэдр. Боль, плачь, стоны и стенания, крики и вопли, кровь и желч самых страшных, отвратительных, мерзких чудищь окутывали додекаэдр. А он в свою очередь освещял их. И в таком свете они предстали перед мной и моим спутником. Его это не сильно удивило. Он зашел за фигуру и исчез. В последний момент на его лице читалось легкое облегчение. Следом исчез из этого мира и я.


Я очутился. Это место было пропитанно болью. Солце было в зените. Его было сложно разглядеть за облаками пыли и дыма. Сначало мне показалось, что сейчас вечереет. Но потом я понял, что это огонь вокруг настолько яркий, что соревновуется с Солцем. Вдалике продолжалось оранжево-алое свечение. Оно исподняло танец: два шага в перед, один назад. Пламя было очень высоким настолько, что казалось оно склонилось из-за своего высокого роста и низкого неба.

Земля была идеально ровной, как будто ее выравнивали бульдозерами, с вкраплениями разного цвета и различными изображениями, начиная от дорог и машин, зданий и деревьев, заканчивая картининами и миниатюрами, воронками от взрывов и военной техникой. Я видел людей. Они выходили из плоских изображений, совершенно реальные, и проскальзывали в плоские изображения обратно.
Я попытался вылететь за огонь, оказалось расстояния не такие большие я долетел за несколько часов (конечно это внутреннение ощущения). И как только я подлетел к огненной стене мне стало видно что находится за ней. Но я решил убедиться и перелетел за стену. Как и было показанно я очутился на противоположной своему входу стороне.

Потом я заметил кое-кого. Это был не то мужчина не то женщина с чермными волосами и зелеными глазами, одетое в джинсы и потрепанную куртку темно-зеленого цвета.
– Понимаешь Иисус умер за наши грехи, а мы даже не знаем его имени, а еще сыр, то есть колбоса, неважно. Ты слышал что произошло недавно? Это конечно ужасно, очень прискорбно, но я думаю так должно было случится, ведь они этого заслуживали. Ты понимешь о чем я? Ты вообще слушаешь меня?

Мужчина лет 30-35 тяжело вздохнул и кивнул. Его круги под глазами подсвятили фонари, его бледную кожу – луна.
– Я тебя слушаю слушаю только мне сейчас не об этом надо думать. А ты мне про диалектику... – его ярко красные губы исказились в вымученно-раздосадованной улыбке.

– Спрячь стаяк пожалуйста. Неприятно. – сказало с явной неодназначьностью существо.

– Да ладно тебе. Как будто членов не видило. Да и вообще куда я тебе его уберу?! – красные губы обняли желтые зубы.

– Ладно пойдем. Но с одним условим. Потом сам за собой все убирать бедешь.

– Ладно.

Они свернули с улицы в переулок. Зашли в подъезд, тут стояла, перед дверьми, обувь и столы. Поднялись на четвертый этаж. Зашли в квартиру номер √17. Следующяя была факториал 7.

Она была обсалютна пуста. Пол был застелен газетами. В ванне, где должна была быть, лежал маленький рыбацкий стульчик. Стекла были разбиты поэтому свет смазывался, проходя через политейлен. На стенах были высветленныне участки, на этих местах висели раньше картины. Потолок потрескавшийся, местами видны подтеки. Только кухня была похожа на кухню.

-Ну вот, мы тут.- сказал андрогин с нотками толи заигрывания то ли ненависти.

-О даа! - воскликнул мужчина и начал стягивать с себя штаны. Его член уже был колом. Он уже был голым. Он направился к неохотно раздевающемуся существу. И быстрым движением раздел его выше пояса.

У этого существа была женска грудь, но совершенно мужское тело. Когда мужчина раздел его полностью, то он принялся сосать ему член, и одной рукой массировть яйца а другой мастурбировать себе. Спустя некоторое время. Он повалил его на газеты. Именно тогда я понял, что это андрогин. Мужчина начал вставлять член в вагину, находившуюся между яйцами и анусом. Спустя несколько фрикций мужчина кончил. Оделся и поспешно ушел. Оставив одну/одного недавнего партнера.

Осень, как я узнал позже, продолжила лежать на полу. Дверь закрылась. Она начала плакать. Спустя какое то время, она вытерла сперму газетами и пошла на кухню.

Там она сварила мокороны, и добавила законсервированную фасоль. Наложила в тарелку и села рядом с окном. Она не претронулась к еде. Встала. И пошла в ванную, где стоял рыбацкий стул. Она села и поджала колени к лицу, начала плакать. Ее плечи тихо подергивались. Живот бесспорядочно набухал и опустошался, потоками воздуха. В этом свете ее волосы приобретали рыжеватый оттенок. Глаза покраснели и взбухли. Спустя некоторое время она заснула прямо в ванной, на полу.

Тут мне стало скучно и я решил просто полетать. Соседняя квартира под номером факториал семи находилась в похожем, но отличающемся состоянии. Все комнаты были заполненны всякими вещями и мешками с мусором. Стол, распологавшийся в середине гостинной был непривычно низким. На кухне была плита, очень грязная плита, на ней были видны отпечатки всех когда либо приготовденных на ней блюд. Еще на кухне был холодильник с засохшей гречкой, соленым огурцом, покрытым плесенью, и протухшими варениками. Уже стемнело. Синеватое свечение монитора. За монитором сидит мужчина, с мешками под глазами, округленной спиной, длинными пальцами, сальными волосами, гнилыми, плохо пахнующими зубами. Его длиные узловатые пальцы, то медленно то быстро щелкали по мышке. Иногда они печатали что то на клавиатуре. У него заурчало в животе. Его лицо было похоже на луну. Такуюже синюю и в кратерах. Безжизненную и неизменную.

Его пальцы остановились. Его ноги подняли тело. И очень легко понесли тело. Они окуратно переступали через мешки с мусором, как будто ни один раз ходили этим путем. Он открыл дверь. Высунулась голова и посмотрела в коридор. Никого. Тогда ноги очень тихо подошли к двери квартиры √17. Пальцы открыли, незакрытую дверь. Ноги очень тихо пронеслись на кухню. Он взял тарелку с макоронами, которые приготовила Осень. Сел есть. Он брал по одной макороне и жевал ее ровно двадцать раз, то же самое он проделывал и с фасолью. Мне стало скучно наблюдать за ним. Я решил полететь в его комнату. Я случайно пролетел через голову Осени и обнаружил что могу видеть ее сон.

Сон Осени.